Князев Алексей Васильевич  Россия, г. Самара

Князев Алексей Васильевич Россия, г. Самара

КНЯЗЕВ АЛЕКСЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

Член-корреспондент Академии народного искусства России

Почетный член Российской Академии Художеств

Путь в искусство каждый человек прокладыва­ет по-своему. Алексей Васильевич Князев родился в 1962 году в городе Бирск в Башкирии. Совмещал школьную учёбу с занятиями в детской художествен­ной школе. Окончил Уфимское училище искусств в 1981 году, а в 1989-м - художественно-графический факультет Чебоксарского государственного педагоги­ческого института имени И.Я. Яковлева.

После окончания учёбы работал преподавате­лем в художественной школе № 1 Самары, с 1990 го­да - заместитель директора по учебной части Самар­ского художественного училища имени К.С. Петрова- Водкина, с 2002 - доцент кафедры рисунка, живописи и скульптуры Самарского архитектурно-строительно­го университета. Преподаёт скульптуру и пластиче­скую анатомию.

Важную роль в определении призвания А. Кня­зева сыграла семья. Родители поддержали его увле­чение. Отец — Василий Леонтьевич Князев — кадро­вый офицер, уйдя в отставку, долгие годы препода­вал в школе уроки черчения и рисования, поэтому Алексей с раннего детства впитал дух и творческую атмосферу, которая царила в доме.

Своим учителем А. Князев считает живописца, графика, монументалиста — народного художника РСФСР Ревеля Фёдоровича Фёдорова.

А. В. Князев — член ВТОО «Союз художников России» (1998), член Международной ассоциации изобразительных искусств АИАП ЮНЕСКО (1998), член правления Самарского регионального отделе­ния ВТОО СХР (2010), неоднократный участник реги­ональных, всероссийских и международных выставок. Награждён Почётной грамотой Министерства культу­ры Российской Федерации (2012). Член-корреспондент «Академии народного искусства России».

Произведения Алексея Князева находятся во многих частных собраниях.

Каждый художник ищет способы выразить себя в материале, будь то холст, бумага или другие матери­алы — камень, стекло, металл, дерево.

Резьба по дереву... Её корни уходят в прошлое. На­ши предки, как и мы, стремились окружить себя кра­сивыми вещами. Со времён Киевской Руси и Древне­го Новгорода известны причудливые орнаменты и ди­ковинные сюжеты, вышедшие из-под резца, иглы, пера и кисти русских мастеров-умельцев. И если на север­ных территориях России больше прижились росписи яркими красками, то в центральной её части посу­ду, мебель и прочий хозяйственный инвентарь чаще украшали резьбой. На протяжении многих веков резь­ба по дереву занимала важное место в искусстве сла­вянских народов. Сундуки, кубки, прялки украшались орнаментом. Художники щедро использовали резьбу при изготовлении всех предметов, предназначенных для внутреннего убранства церквей, домов, в произ­водстве мебели. Резьбой покрывались фризы домов, лобовые доски, наличники, элементы ворот, входов и многое другое. Потребность в красоте побуждала мастеров по дереву украшать каждый предмет, каким бы ни было его назначение в духовной или матери­альной культуре. Резьбой украшали ларцы и прялки, веретёна и музыкальные инструменты, миски и колы­бели, обрядовые предметы, трости, домашнюю утварь (ложки, кувшины, солонки) и даже рукоятки серпов. Всё .это разнообразие народных художественных тра­диций нашло отражение в творчестве А.В. Князева.

Обладающие чётко выраженной своеобразной стилистикой, самобытные работы Князева всегда легко узнаваемы на выставках. Одно из главных дос­тоинств этих произведений состоит в том, что они дарят зрителю радость неторопливой, доверитель­ной беседы с художником, беседы о чём-то очень важном и глубоко по-настоящему волнующем.

Натюрморты Князева рассказывают о любви их создателя к вещному миру. Каждый предмет изобра­жения становится в них самоценным, приобретает особую значимость и смысл. Художник изображает не топор, а тепло дерева его рукоятки, которая пом­нит касание рук хозяина. Не просто самовар, а отво­дит ему главное место в композиции, наделяя чертами хозяина. Туеса и корзинки в работах мастера светятся золотистым светом, а чугунки, горшки, тарелки свои­ми видавшими виды боками словно свидетельствуют о многих поколениях людей, которых они кормили. Все предметы в натюрмортах Алексея Князева переда­ют тепло живых рук, их касавшихся.

Особое место в творчестве художника занима­ют изображения с семейными реликвиями. «В избе», «К Масленице», «Русское чаепитие» — это подробные повествовательные рассказы о жизни человека. Вот на окне, уютно свернувшись мягким пушистым клуб­ком, дремлет кошка, в центре стола расположился блестящий, пышащий самовар, словно приглашая к неспешной застольной беседе, задушевному разго­вору. На деревянной лавке лежит домашняя утварь, сделанная заботливыми руками хозяина.

К подобным изображениям не хочется приме­нять термин «натюрморт» буквально — «мёртвая нату­ра» , этот жанр скорее надо назвать «тихая жизнь». Излюбленная тема в на­тюрмортах Князева — изображение старых русских вещей. Почти во всех присутствуют домотканое поло­тенце и православная икона, плетённая из лыка утварь, предметы обихода: мебель, посуда. Берёзовые веники, лукошки, туески, чугунки рассказывают историю сво­ей жизни. Они не только украшают повседневный быт, но и являются символическим напоминанием о невидимых связях, соединяющих каждого человека с его родом, предками.

Работы Алексея Князева — это творчество, требу­ющее помимо внимания и трудолюбия особого дара, любви к своему делу. В каждом произведении переда­но отношение автора, с любовью изображены и фраг­менты рыболовных снастей, и береста, и сундук. Боль­шое внимание уделяется деталям.

И всегда передаётся фактура материала, почти осязательно чувствуется металл, дерево или ткань. Художник умеет найти необходимую степень под­робности и обобщённости, проработки, тональной насыщенности. В своих натюрмортах художник по­казывает несколько «жизней дерева». Это поленца, на поверхности которых удивительнейшим образом пе­реданы текстура дерева, покрытая наростами кора, её шероховатость. Это береста, свернувшаяся спиралью, это сплетённая из бересты корзинка, это положенный в неё деревянный ковш и, наконец, деревянный сун­дук, на котором, как и всегда это было, строится дере­венская жизнь, весь быт, всё прошлое. Натюрморты А. Князева выделяются размахом композиций: они многосоставны, величественны и динамичны; это — гимны плодородию и изобилию.

Отдельное место в творчестве Князева занимают пейзажи. В таких работах столько русского по сути... В зимних пейзажах художника снег изображён сложно и плотно. Он уложен нетронутой целиной или взбит десятками ног, утоптан в панцирь или звенит коркой наста. И всегда живописен. Русская зима - это красота, от которой захватывает дух — заснеженные просторы, серебряная шуба земли («Зимой», «Зимний день»).

Высокий косогор, изрезанный тропинками, избы под старыми вётлами, под косогором — луга с дух­мяным разнотравьем и убегающая за поворот, за­росшая лопухами и подорожником пыльная дере­венская дорога («У окраины», «Летняя дорога», «Дом у озера»)... Как передать очарование родной приро­ды? Капли росы на тонкой паутине, полёт жаворон­ка в солнечных лучах, сказочность склонившегося подсолнуха...

В отдельных работах Алексея Князева фрагмент приобретает значимость главного героя. Ворона на ветке, часть избы, калитка — художник любуется ими, изображает с упоением, словно опасаясь неловким вмешательством побеспокоить рождающийся мир. Фрагментируя сюжет, он захватывает сразу несколь­ко планов, заполняя формат «слоями», разными по весомости, по пластическому решению, деко­ративности, подчёркивая разницу степенью про­работки.

Среди работ Князева есть духовные пейзажи. Это композиции, включающие пусть небольшой фраг­мент церковного фасада, монастырской стены, золо­той главки колокольни, обладающие особой силой воздействия на зрителя. Художник изображает храм то стоящим отдельно, то загороженным домами, то частично скрытым за деревьями. Каждый пейзаж по­нят как развитие некоего содержательного сюжета, в котором храму отводится роль стержня - и смысло­вого, и композиционного.

Над узкой извилистой речушкой, над холмами — старый храм. Купола, колокольня устремляются в небо. Здесь тихо, величаво, вольготно. И храм этот над речкой — древний страж раскинувшихся берегов. Земля, река, небо, храм — вечны. Это — Русь, Россия, Родина.

Лейтмотивом через всё творчество художника проходят ключи, несущие разнообразные смысло­вые нагрузки. Хотя ключи могут как запирать, так и отпирать двери, они почти всегда являются зримы­ми символами доступа, освобождения и, в обрядах по­священия, последовательного продвижения от одной стадии жизни к другой. Часто ключи были эмблемами должностных лиц или вольных городов. Также они могли символизировать процветание, когда имелись в виду ключи от амбаров.

Своим символическим значением наделены в ра­ботах Князева туеса и корзины. Выступая как аналогия оберегающего материнского тела, они ассоциируются как с рождением, так и с возрождением.

Беря за основу реальность, Алексей насыщает её некими, известными только ему значениями и смы­слами, возводя предмет до символа, призывая к раз­мышлению о вечных и сиюминутных ценностях.

У дерева особая, присущая только ему пластика, которая требует органичности образа, понимания и уважения его характера, чтобы идея замысла на­ходилась в диалоге с материалом. Необходимо быть в постоянном поиске, проникать в структуру мате­риала, чтобы реализовать свои идеи. Князев сумел открыть разнообразные свойства этой техники: спо­собность выразить эмоциональную напряжённость, цветовую насыщенность, многообразие фактуры, возможность передать цельность силуэта больших форм, не теряя при этом чёткости даже самых мелких деталей.

Алексей Князев открыл для себя главный закон искусства: в соединении различных аспектов изоб­разительности - надёжный залог творческого роста. Работая над совершенством формы, стремясь к по­строению выверенных композиций, он сохраняет живительный ток чувств, наполняющих работы осо­бой образностью, художественной достоверностью, находящей отклик в душах зрителей.

 

Г. В. Рябчук, искусствовед